Пришел в комнату,плюхнулся на постель.
И че мне так хуево...

- Пива?! Ты с ума сошёл?.. - истерически расхохотался Накана. - Где ты в три часа ночи пиво достанешь? Ты же несовершеннолетний! Тебе ещё нет двадцати! - Утаро наконец-то смог нормально сесть. Вроде, мысли начали приходить в обычное, вязко-серое состояние, мышцы набирались сил, а координация потихоньку восстанавливалась. Теперь хотя бы перед глазами не бегали разноцветные звёздочки. Тут в комнату зашла какая-то девушка, что очень не понравилось Накана. - Чё надо? - шикнул он. - Не видишь, здесь учитель с похмелья! - сверля и без того несчастную девчушку ледяным взглядом, Утаро тяжело вздохнул. - Раз уж пришла, то сбегай за... лимонным соком и жвачкой. И скажи сторожу, что он - конченный идиот, вот, - оставшись довольным собой, Утаро снова переключился на Зу. - А ты оставайся здесь. Тебе я доверяю... Более-менее.

Кендо была спокойна но теперь слова учителя явно её раздражали. - Знаете,сами подниметесь и сходите,если конечно поднимите свою опохмелявшуюся задницу! - сказала девушка не ждумаю о последствиях. - Что это я говорю.как буто собой не управляю.... - подумала Шикато.

- Ауч, - полностью позабыв о головной боли, Накана ехидно улыбнулся и принял более удобную позу, предвкушая предполагаемую словесную перепалку. - А не слишком ли мы малы, чтобы разговаривать такими громкими фразами? Мозги не свернутся? - язвительно процедил он сквозь зубы. В силу своего ужасного настроение на данный момент, Утаро хотел выместить свою злость на ком-нибудь другом, самым низким и гадким путём - путём злословия. Немаленький словарный запас учителя литературы вмещал в себя не меньше сотни ядовитых фразочек, которые могли пригодиться в любой жизненной ситуации. Опускать кого-то словесно - не это ли настоящее удовольствие? Порой, люди больше переживают из-за моральных ран, нежели физических. Впрочем, если соперник окажется Утаро не по зубам, он готов смиренно отступить, принося извинения и уступая место победителю. В этом и есть мудрость сильного человека.
Из-за посторонних мыслей о сладкой и такой ожидаемой брани, мужчина совсем позабыл о втором своём ученике, стоящем в данный момент на балконе. Утаро плавно поднялся, - к тому времени ему стало значительно лучше - взял бутылку пива, так любезно припасённую Зу, и тоже направился на балкон, дабы лицезреть самое прекрасное время суток - ночь. Заставлять свою неофициальную оппонентку продолжать импровизированный бой, Утаро не хотел. Если захочет - подойдёт и ответит. Ждать Накана умел. Он похрустел суставами, зевнул и принялся сражаться с треклятой пробкой на бутылке, которая совсем не хотела поддаваться ему. Спустя пару минут беспрерывных боёв, Утаро уже глотал слегка горьковатый напиток. Холодное пиво обволакивало нёбо, пенилось, щипало внутренние стороны щёк, но одновременно приятно согревало душу.
Лениво примостившись рядом с Зу, учитель вертел бутыль в руках и смотрел на бесконечно-звёздное небо глубокого, синего цвета. Бледный рогатый месяц бескорыстно дарил свой свет планете Земле, не надеясь даже на благодарность. В воздухе парила прозрачная свежесть - приятная на ощупь, но так же неосязаемая.
Вдыхая ночную прохладу полной грудью, Утаро вспоминал далёкие годы своего призрачного детства, давно ушедшего в неведомые края.

Тепло чужого тела согревало лучше любого огня, особенно, когда идёт снег. Крохотные снежинки, словно живые, под порывами игривого ветерка играли в кошки-мышки, ловя друг друга и смеясь беззвучным смехом. Они радовались, что небеса позволили им спуститься на землю именно сейчас, именно в этот момент. Именно в это лето. Небывалое чудо - снег в начале августа, но, учитывая сложившиеся обстоятельства, это уже не удивляло. Хотя, может, и удивляло. Разве, что самую малость.
Тихий вопрос Зу застал Накана врасплох. Его нечасто спрашивали о мечтах. Ведь, Утаро Накана - певец, знаменитейший человек, один из самых богатых во всей Японии, который держит несколько дорогих вилл по всей стране. Но всё это в прошлом. Когда врачи поставили диагноз и запретили Утаро петь, жизнь рухнула, как старый замок, не устоявший под гнётом времени. От былой славы остались только старые песни о пустых словах. Бессмысленные тексты, придумываемые самим же Накана, сливались с громкой музыкой, превращались в бесконечный ритм, сводящий с ума. Теперь ему даже стыдно вспоминать свою "прошлую" жизнь. Деньги, слава, секс, поклонники, алчность, снова деньги, снова секс... В то время Утаро считал себя самым несчастным, ему вечно чего-то не хватало. А теперь, он - самый счастливый. Спокойная работа, люди, о которых нужно заботиться, любимая сестра - рецепт для приготовления эликсира бессмертия. Иными словами, истинное счастье - в любви.
- Нет, ни о чём не мечтаю, - честно ответил учитель, приобняв Зу за плечи.

- Ради тебя? - скорее утверждая, чем спрашивая, Утаро устало улыбнулся и вздохнул. Загадать желание ради кого-то. - Хорошо, - звенящим шёпотом ответил он. В голове тут же начали носиться самые разные и абсурдные мечты, такие пресловутые, что от них становится даже тошно. Кругом одна материальность, жестокость, жадность... От всего этого хочется укрыться в своём крохотном мирке Но, рано или поздно, реальная жизнь ударит железным молотом по небосклону личного уютного мира, и он расколется на миллиарды микроскопических миров. А они, ведь, тоже могут стать для кого-то укрытием. Дождь из осколков воображаемого счастья будет недолгим. Как только последняя слеза иллюзии коснётся земли, наступит новая жизнь, с новым пониманием и новыми законами. Бывший владелец собственного заповедника мечт ступит на следующую платформу духовного развития, перешагнёт ту пропасть шириной с бесконечность, отделяющую людей от настоящей мудрости, осознания себя. 
Загадать желание ради кого-то. Каким должно быть это желание? Искренним, светлым, бескорыстным. Значит, во благо других. Однако помочь одновременно всем невозможно, потому что каждый должен пройти в этой жизни свою школу, должен сам научиться строить своё будущее из неотёсанных камней и не отшлифованных брёвен. Поэтому, нужно загадать желание ради того, кто о нём попросил.
Снег всё продолжал идти. Крупные хлопья плавно слетали с непривычно-чистого ночного неба. Яркие жемчужины звёзд были отчётливо видны. А месяц всё так же скромно одаривал землю призрачными лучами, будто стесняясь. Слабый, болезненно-бледный свет струился в ночной тиши, огибал пустынные улицы, боясь заглянуть глубже, в мглистые переулки, сливался и растворялся в световом круге одинокого фонаря, лениво мигающего своей последней лампочкой. Почему перестали гореть остальные три, оставалось только догадываться.
"Пусть Зу будет счастлив", - про себя загадал Утаро, плотнее прижимая к себе милого мальчишку, который успел найти путь к его сердцу.
- Загадал! - Накана хитро сощурил глаза и чмокнул Зу в, припорошенную снегом, макушку.